Забвение. Исповедь

Тишина трещит по швам хрустом сломанной ветки, и она пугливо пригибает голову вместе с шеей, уши востро – жертва не должна уйти. На заснеженной лесной поляне за волчицей, облаченной в серебристый мех, наблюдает печальная луна, взором своим окидывающая весь лес и словно специально высвечивая волчицу своим лунным лучом. Сугробы – словно пушистые могилы, ощетинившиеся стальными барьерами, которые рефлексируют с Хранительницей ночи. Хруст был поглощен окружением, и добыча не сбежала, добыча не услышала, или же что-то помешало услышать ей. Невидимые беруши для оленя. Забавно. Но от реакции оленя зависела жизнь волчицы, находящейся на издохе, на волоске от голодной комы. Пасть была наполнена слюной, в мыслях она уже поедала жаркие куски оленины, отдающей паром на морозном воздухе, и украдкой глядела на остекленевшие глаза оленя, ослепшие навеки, лишь луна читала оду смерти в очах убитого животного. Хищник и жертва. Съешь или будешь съеден. Всё просто. Слишком просто.

 

Волчица подняла голову и слюну хлынула обратно в глотку, втянула колючий воздух, наполняя свои легкие ароматами страха и беспокойства. Она была готова, как никогда. От этой погони зависела её жизнь. Шаг, другой, третий, быстрей, быстрей, прочь иные мысли, перешла на бег и несется, злобно рыча, символизируя смерть и разрушение, ярость одинокого волка. Олень успел заметить носителя своей погибели и легкими движениями пустился прочь от хищницы. Погоня продолжалась долго, настолько долго, что каждый из участников погони позабыл о своих побочных желаниях, оставив на ринге по разные углы одну причину – близнецов, желание выжить.

Обрюзгшая волчица быстро измотала свои силы, но она понимала, все, что ей сейчас необходимо – в десяти шагах от неё несется со страшной скоростью, оставляя её позади с каждым шагом все более и более ощутимо. Что-то было не так, слишком сложная погоня в этот раз, олень слишком силён, путь выбирает слишком сложный для неё, он топит волчицу в снегах, но сам – не сбавляет темпа.

Что-то пошло не так. Природа, наконец, отвернулась от волчицы, устав кормить и направлять хищницу, тратя все свои силы. Взращивая санитара леса, Природа желала получить хоть небольшую отдачу от неё, добившись лишь того, что все блага, подносимые волчице на блюде в виде мертвых белок и калеченых лосей, волчица воспринимала как данность. Это есть и так должно быть. Заблуждение – причина выбора неверного пути. И волчица пошла по нему, ослепшая и обленившаяся изнутри, жухлая и дряхлая снаружи. Поедала блага, не ведая, что посланы они ей специально и что за них необходима плата. Плата кровью и плотью врагов природы, которые нещадно изничтожают её. Необходима была плата, которую волчица так и не внесла. Природа устала дробить себя на куски, пытаясь дать понять волчице, что она – её воспитанница и что ей пора осознать свою необходимость. А хищница всё дальше и дальше зарывалась в сладкие путы забвения, не понимая, что всё вокруг – спланированный для неё спектакль, который должен подготовить её к реальной жизни. Волчица была глупа.

       Ничего не происходит просто так в этом мире и за всё нужно платить. Никто никогда не будет держать никого на вечном содержании без отдачи. Это изматывает, это никому не нужно, это – скорбь по утраченным силам. Природа устала, опустив на гоняющуюся пару старое дерево, на ветках которого было полно снега, обрушив на волчицу страшную лавину. Колючие ледяные слёзы вихрем ниспускались оземь, вычерчивая вальс из тысяч непарных пар снежинок миллионы комбинаций их витания. Эти слёзы – скорбь по утраченным силам, тем самым, вложенных в волчицу и не оправданными ею.

       Тяжело дыша, она лежала, придавленная стволом, с треском упавшим на неё и придавившим точно посередине спины. Тяжело дыша и скаля зубы на проклятый мороз, не в силах причинить ему боль. Боль заглушила остальные чувства, кровавый хрип раз за разом вырывался из прорванных легких хищницы, тревожными шагами подходя к своей главной цели. Каждое движение лап приносило невыносимые страдания. Время неуклонно шло вперед, дыхание стало более прерывистым, волчица заскулила, заскулила обо всей своей короткой жизни, её глаза наполнились слезами и омертвели.

Тишина, яркий лик на темном небе и отражение кипящего молчанья в хрустальных глазах…

Игорь Локтев

(Visited 1 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *