Прости

«Иногда судьба ждет от нас просто слов: прости меня»

Вчера  у меня начались весенние каникулы ,и я с радостью на первом же автобусе уехал к дедушке. У нас очень хорошие отношения в отличие от отца я понимаю моего дедулю и верю в то, что он прав. Два года назад умерла его жена, моя бабушка, вот он и решил уехать подальше от города. Теперь его жизнь протекает в селении Фиагдон, среди лесов , природы и ветров.  Там он нашел то, что и я приезжая, покой, умиротворение и возможность обдумать то, что невозможно понять в многолюдном городе, где все отвлекает от главного, и заставляет нас думать и говорить о том, что не имеет особого смысла.

Сев на заднее кресло возле окна, я взял свой телефон и подключил наушники, именно в такой длинный путь включить музыку и погрузиться в свои мысли самое то. Да все таки красивые места нас окружают, горы самых разнообразных видов на фоне ярко – голубых небес с воздушными облаками, погружающими нас в мир собственных фантазий.  

 

Я вышел, боже, какой же здесь воздух, он бьет в лицо и будто бы уносит тебя в страну, где есть только одно – свобода. Здесь прохладно, но мне не холодно, накинув свой рюкзак на плечо, я пошел к самому краю деревни, туда, где стоял маленький домик дедушки Сармата. Потихоньку вслушиваясь в мелодию песни, доносящуюся из наушников, я смотрел на этот мир глазами первооткрывателя.

Ну вот, я дошел, постучав в ветхую дверь деда, я прокричал

-Дада Сармат, аз арбацыдтан. ( Дедушка Сармат, я приехал)

-Сослан ды да? (Сослан это ты?)

Выкрикивая это он выбежал и увидев меня обнял.

-Ма хъабул, куыд арбахадца да?(Как ты добрался дитя мое?)

-Дзабах дада.(Хорошо дедушка.)

Я еще долго рассказывал ему о том, как дела у нас в городе, об отце и маме, он слушал меня не перебивая, лишь изредка задавал вопросы. В его глазах я всегда вижу нежность и понимание, он самый лучший друг в мире. Вместе мы приготовили уху из свежей рыбы и с удовольствием поужинали.

-Деда ты завтра куда собираешься?

-В лес Сосик.

-Ладно, тогда ляжем пораньше.

-Зачем ма хъабул, я уйду очень рано, лучше тебе остаться здесь и подождать меня.

-Но…

Он оборвал меня, не дав мне договорить, взяв за руку.

-Послушай внук, я хочу тебе кое-что отдать.

Он привстал, и подошел к сундуку стоящему около его кровати. Приоткрыл, и достал сверток из старой потрепанной ткани, но нес он его как самую дорогую вещ в мире.

-Что это дед.

Вместо ответа он начал  его разворачивать, и я узнал кинжал. Он был  в чехле из кожи и по рельефным орнаментам рукояти, было видно, что он старинный.

-Это то, что я хочу отдать тебе, он передавался из поколения в поколение к самым достойным мужчинам семьи, и я искренне верю в то, что ты достоин.

-Но, почему бы тебе не отдать его моему отцу.

-Да, он мой сын, но я для него худший человек на свете и на то есть причина.

— Какая, скажи мне уже, что вы все скрывайте?

-Скоро ты обязательно узнаешь, Сослан, и возможно никогда не простишь.

В итоге не дав никаких объяснений, он просто пошел спать. С утра он и вправду  ушел очень рано, и будить меня не стал. Весь день меня не покидало ощущение того, что отец и дед скрывают что-то важное, но при этом вместо того чтобы поговорить  на чистоту шарахаются  друг от друга. Так продолжаться не может они не чужие люди, они семья.

Я услышал шум на улице, дедушка пришел. В руках у него было несколько корзинок с белыми грибами и ягодами. Улыбаясь и шутя, мы приготовили ароматное жаркое с грибами, ничего не сравнится с картошкой на свежем воздухе и в хорошей компании. Но избежать разговора нам не удастся.

-Послушай дед, скажи вчера, ты говорил о причине, по которой мой отец ненавидит тебя, может, откроешь мне ее?

-Всему свое время.

-Я знаю это, но так же мне известно то, что ты уже не мальчик и времени у нас мало и если ты не помиришься со своим сыном, то будешь жалеть об этом.

-Ты прав внучек, но…

-Никаких «но» дедушка Сармат, обратно в город мы поедем вместе.

Я хотел облагоразумить их, но никто из них не знал, что мне известно кое-что и оно гложет меня. Папа изменяет маме, я узнал об этом, одной злополучной  ночью, когда изменил свои планы, и решил поехать домой, вместо того, чтобы в испорченную дождем погоду добираться до дачи друга. Мне было известно, что мама поехала с подругами в Ессентуки на пять дней и в доме по идее должен быть только отец, но он часто не приходит из-за работы. И так я вошел, не подозревая ни о чем, свет везде был выключен, мне очень захотелось холодного апельсинового сока, и я сразу пошел к холодильнику, тут меня привлекли звуки и голос отца.

-Ты куда Нина?

-Я телефон в гостиной забыла, Алан.

Что происходит, какая Нина в десять часов ночи. Тут я услышал шаги и успел спрятаться за стеной разделяющей гостиную и кухню. Спустилась женщина лет двадцати трех и взяла телефон, лежащий на столе, она была одета в красный шелковый пеньюар и халат. От изучения, судя по всему Нины,  меня отвлек папа.

-Ты где дорогая, давай, побыстрей.

Боже мой, он привел свою любовницу в наш дом, мне стало очень больно и сейчас мне хотелось только одного, убить человека, которого я называл отцом. Стиснув руки в кулаки, я пытался успокоиться и ждал когда же эта девушка уйдет. В итоге Алан сам спустился за ней и понес в спальню на руках. Взяв ключи от машины и деньги, я выбежал на улицу, но после я не смог сдвинуться с места, я не любитель поплакать, но тогда мои слезы стекали вместе с каплями дождя с моего лица. И в тот момент я понял, мой мир разрушился. Я молчал и ничего не говорил ту, ночь мне пришлось провести в отеле, но я не смог уснуть в моей голове сотни, раз прокручивалась увиденная сцена. С отцом я с тех пор не разговаривал, а маму старался избегать, я не знаю, что делать и мне очень хотелось бы открыться кому-то и попросить совета, этим человеком для меня был деда. Но у него на сердце лежит такой камень, который все глубже и глубже погружает его жизнь на темное дно. Не хотелось бы признавать, да от того, что закроешь глаза, истина не исчезнет, дед Сармат стареет, и здоровье его часто делает не приятные сюрпризы, ему отмерено не много и я не хотел бы, чтобы он ушел, не поговорив с самым дорогим человеком для него, с сыном. Как бы он ни упирался, я все равно заставлю его поехать со мной.

-Нет, Сосик, я не поеду, если бы ты только знал, как я виноват.

-Да, дед ты поедешь, вы не дети, а взрослые мужчины, и проблему нужно обсуждать лицом к лицу, а не бежать от нее.

Я все же заставил его поехать. Всю дорогу мы ехали молча, он даже не смотрел на меня, но я был уверен в том, что все кончится хорошо, ох, как же я ошибался. Взяв такси, мы приехали домой, отец оказался дома, его машина стояла во дворе, надеюсь на этот раз он один, без Ниночки. Я подошел к двери и открыл ее, после оглянулся на Сармата, а он с задумчивым выражением лица смотрит на дверь, которую я только, что открыл.

-Ты прав внук, сделав это, я могу уйти в мир иной без сожалений.

-Куда это ты собрался деда, не спеши.

Я улыбнулся, но мы оба понимали, что это результат моих волнений. Я завел деда и знал, что папа в своем кабинете, мы не стали терять времени на снятие одежды, а прямиком направились на второй этаж. На секунду остановились у массивной двери из дуба, на котором были в ручную вырезаны древние орнаменты. Взяв всю волю в кулак, я отворил ее, но дедушка повременил с этим. На меня Алан сначала не обратил никакого внимания.

-Отец нам нужно поговорить.

Он повернулся ко мне на своем кожаном кресле с переносным домашним телефоном в руках.

-Ты слышишь меня.

Но на мои слова он отреагировал жестом руки говорящим, выйди мне сейчас не до тебя.

-Да, да нам нужны инвесторы, мы готовы сотрудничать.

Ну, все он сам напросился. Стремительными шагами я подошел к нему и вырвал из рук телефон нажав красную кнопочку «разъединить». Папа посмотрел на меня разъярёнными глазами и начал кричать.

-Что тебе нужно, да как ты посмел.

-Ему нужно то,- сказал дедушка входя в кабинет, — чтобы мы решили наши вопросы.

-Почему ты здесь, сколько раз я тебе говорил, ты никто, я тебя ненавижу.

Мне было обидно за дедушку, но мне нельзя вмешиваться иначе, они ничего не решат.

-Сынок я знаю это, и ты имеешь полное право ненавидеть меня, но я хочу сказать лишь одно, прости меня.

-Простить, простить тебя, знаешь, ты совсем не изменился, все такая же сволочь. Никогда тебя не прощу.

-Я люблю тебя Алан.

-Да, конечно, ты и мать мою любил, но, что с ней стало, она умерла из-за тебя.

Бабушка, причем здесь она. Я уже рассказывал о том, что она умерла два года назад, но это случилась в  психиатрической клинике.

-Но причем тут дедушка?

Случайно я все же вмешался.

-Причем, тут твой драгоценный дедуля, — усмехнулся он как безумный, — а при том, дорогой сын, что это он убил ее.

Он прошел за стол и начал свой рассказ.

-Сослан, я очень любил свою маму и боготворил ее. В один прекрасный день она пришла ко мне в комнату и с улыбкой сказала мне о том, что у меня скоро будет сестренка, она была на тринадцатой неделе беременности, моему счастью не было придела. И вот на выходных мы решили съездить в Грозный на  несколько дней, отец отказался, сославшись на работу. Мы уже выехали из города, но маме стало плохо, и она попросила вернуться домой, шел дождь и мы, мокрые замершие ворвались в наш домик, сняв с себя обувь и плащи, взявшись за руки, мы пошли в спальню. Мама зашла первая и остановилась, я врезался в нее, а потом кое-как пролез в комнату, мне открылось, то, что я не могу забыть, даже спустя столько лет, ты на кровати в обнимку с другой женщиной.  Тогда она была на восьмом месяце, живот был довольно большой, она гладила его тогда, я помню и плакала, слезы ее текли, а руки не останавливались, а ты в это время Сармат, просто замер вместе со своей любовницей, и смотрел на то, как ее трясёт.  Она упала и распласталась вздрагивая. Я кричал твоему деду –« Надень свои штаны и заводи машину», он так и сделал. Я же склонился над своей матерью и взял ее на руки, я почувствовал, что – то влажное, а потом понял это ее кровь.  Так быстро как мог я положил ее в машину, и мы поехали в больницу, не обращая внимания на светофоры. В больнице сказали, что они смогли спасти только мать. Знаешь Сослан,так как я плакал тогда, я еще никогда не плакал, я жил своей сестренкой, пусть я ее не видел, но уже очень сильно любил, мне было очень больно, но больнее было маме. Через две недели ее выписали, и мы вернулись домой, она ни с кем не разговаривала, как только я не пытался ее развеселить или разозлить, она не реагировала, уже тогда я знал, что она живой труп, без чувств, без эмоций.

Но однажды, пошел дождь, впервые после того злополучного дня, у меня были выпускные экзамены и я прозанимался весь день, но часов в девять ночи, я вышел попить воды, осушив стакан я подошел к столу, где лежала грязная чашка, рядом с ней валялись снимки УЗИ,  откуда они здесь, я заглянул в стакан, и принюхался, оттуда пахло водкой, а на его дне блестело обручальное кольцо. Мое сердце охватило беспокойство, и я стал бегать по всему дому с криками «Мама, мама, где ты», в итоге я зашел в ванную комнату, там было темно и спокойно, только звуки каких-то капель падающих на кафель привлекло мое внимание, я оцепенел, нет этого не может быть, моя рука сама потянулась к переключателю, лампочка зажглась, а моему взору представилась картина, множества алых капель достигающих пола. Это была кровь моей матери, она порезала себе вены, попытка суицида. Тогда я успел, спасти ее, но тем самым вынес ей другой приговор. Если раньше она была, «живым мертвецом», то после того случая она стала как будто одержимой. Ярость, гнев, жадность, все в ней вышло за пределы берегов уравновешенности , она сошла сума. Отец, же, быстро нашел решение этой проблеме, ты просто запихнул ее в психушку, браво ничего не скажешь.

-Алан у меня не было выбора.

-Не было выбора, кроме того как, отвезти ее в место, где последние двадцать лет ее жизни, над ней издевались, изнуряли ее препаратами и отняли все чувства которые у нее были. Да, ты мастер на оправдания, но они ничего не вернут и ничего не исправят, я ненавижу тебя, уйди и никогда не появляйся в моем доме.

На старых морщинистых щеках появились слезы и я начал жалеть о том, что уговорил его приехать сюда. Да согласен, с моим отцом случилось ужасное, а мой дед и вправду плохо поступил, но он все-таки, любит своего Алана и раскаивается, в том, что поступил так с женой, но ведь он даже не предполагал к чему это может привести.  Дедушка вышел из кабинета и спустился вниз, я побежал за ним и нагнал его у выхода из дома.

-Прости меня.

-Сослан, это ты прости меня и спасибо.

-За что?

-Я долгое время хотел покончить с этим и рад тому, что мне удалось, береги себя и свою семью.

Сказав это, он повернулся и пошел к воротам.

-Ты куда, постой я тебя довезу.

-Нет, дорогой, ты должен вернуться в дом, а мне нужно побыть одному  со своими мыслями. Я люблю тебя внучек, всегда помни об этом.

-Я тоже люблю тебя, дедушка.

Он ушел, ни разу не обернувшись, а я поднялся снова на второй этаж, но в этот раз я хотел пойти в свою комнату. В коридоре меня задержал мой отец.

-Теперь ты понимаешь, почему я его ненавижу.

Произнес он хладнокровно.

-Да, он причинил много боли и тебе и твоей матери, но нужно постараться простить.

-Простить, хватит, во всем, что случилось виноват он, и больше всего на свете я хочу его смерти.

-Ну, если подумать он виноват в том, что изменил твоей матери, и из этого следует, что каждый мужчина, изменивший своей женщине заслуживает смерти.

Он побледнел, руки стали нервно шарить по карманам, он был загнан в тупик, но не хотел признаваться в этом.

-Да, заслуживает.

Теперь меня все взбесило, как он может осуждать других за то, что сам совершал. Когда я заговорил то постарался, придать голосу язвительности, чтобы ему было побольнее.

-Правда, тогда почему же ты до сих пор, ходишь по этой земле.

-Что? О чем ты говоришь сын?

-О, я говорю о твоих изменах, прямо здесь в нашем доме.

Он покраснел, его дыхание стало учащённое, а я продолжил

-Да об изменах, с твоей милой Ниночкой.

Он не мог сказать мне ничего в ответ.

-Так что прежде чем желать смерти, своему отцу Сармату, подумай, ведь тогда ты должен и сам умереть, тогда и я должен желать этого больше всего на свете.

Сказав это я взял ключи от машины и кошелёк, заводя машину я не знал куда поеду, я просто ехал с распахнутыми окнами, на большой скорости, и думал о том, что не ненавижу своего отца, для меня он теперь просто ничтожество, которое достойно только жалости.

2 недели спустя –Похороны.

Дедушка умер, еще несколько минут назад его тело бездыханное и ледяное засыпали землей. Я плачу, да плачу и мне совсем не стыдно, я любил этого человека, и буду любить всегда. Врачи сказали, что он умер во сне совсем не чувствуя боли. Я всегда буду помнить тебя деда.

Знайте, история моего отца и дедушки меня натолкнула на то, что в тот же вечер я все рассказал матери. Она плакала долго, но вскоре успокоилась и сказала, что теперь у нее нет мужа, возможно, кто-то осудит меня, но я не жалею ни о чем. Моей маме тридцать восемь и она еще может найти человека, который будет ее любить больше всего на свете.

Вот по тропе в кладбище ко мне пробирается усталыми шагами отец, вид у него потерянный, но  я не знаю, сожалеет он о том последнем разговоре с умершим или нет.

-Сослан, сынок, прости меня.

-Вспоминаю, как ты ответил на эти же слова своему умершему отцу. Я мог бы ответить так же, но не буду, ты и так наказан. Несмотря ни на что я хочу, чтобы ты был счастлив, но и я сам тоже хочу улыбаться вместе с мамой.

-Что ты хочешь сказать?

-Уходи из нашего дома, мы богаты, купи себе другой, и живи с той женщиной, которую любишь, оставь нам магазины, а сам бери рестораны, мы сможем прожить в достатке, и ты будешь завидным женихом, мама найдет новую любовь и заведет новую семью, так же как и ты. Я тебя очень прошу, сегодня же собери свои вещи и уходи.

Он сделал то, о чем я его просил, в этот же вечер он уехал.

Через месяц мама встретила Максима. Этот мужчина вернул ей вкус жизни. Они были одного возраста, и им было интересно друг с другом. Мама научилась вести дела бизнеса, а Максим был владельцем нескольких нотариальных контор. Через полгода они поженились, на свадьбу мы пригласили папу и его новую невесту Анжелу, надо будет спросить, куда делась Ниночка. Подумал я тогда,счастливо улыбаясь. На этом сюрпризы не закончились, примерно через три недели мама огорошила меня и своего нового мужа новостью.

-Знаете, что я только, что узнала.

-Что?- спросили мы созвучно, как хор.

-Я беременна.

Что уж тут, сказать у нас двух мужчин был шок и вообще мы с ним хорошо понимаем друг друга.

И вот уже настал тот день, когда мы с Максимом, с волнением сидим в приемной и ждем…это страшнее всего.

Выходит врач.

-Ну, как все прошло.

-Успешно, и мать и ребенок в порядке.

Максимка с облегчением выдохнул.

-А кто родился?

-Мальчик.

На следующий день нас впустили к ней, конечно же, пришлось немножко денег дать, но нам просто очень хотелось ее увидеть. Мы зашли, а у нее на руках, маленький комочек.

-Как ты дорогая?

Спросил ее муж, подбегая.

-Все хорошо милый. Сослан, подойди-ка посмотри.

Я увидел его, он был не очень симпатичный, но он сформируется примерно через несколько месяцев, и говорят чем не красивее в детстве, тем прекраснее после. Он был все же очень милым, нежным и беззащитным .

-Как назовем его, жена.

-Не знаю, а ты как думаешь сынок?

-Мам, может быть, назовём его Сармат.

-В честь дедушки?

-Да.

-Тебе нравится Максим.

-Нравится, так и назовем.

Дедушка, надеюсь ты сейчас мне улыбаешься.

Лайла Абу Хассан

(Visited 2 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *