Герман

После того, как проводили ста четырехлетнего Алихана в мир иной, старшим в роду стал Герман. Он стал старшим и в фамилии и в нашем горном селении.

Переход в эту категорию для восьмидесяти  шестилетнего Германа прошёл не заметно: он уже давно на праздниках садился за стол старших; его уже давно никто не звал «Тыквой» по деревенской кличке, прицепившейся к нашей фамилии лет двести назад; наоборот – относились к нему с подобающим почтением; часто стали приглашать его в соседние селения тамадой, заезжая за ним и отвозя после застолий; он давно уже после праздничных возлияний не танцевал лезгинку… Одним словом, Герман давно вёл себя солидно, как и подобает авторитетному человеку.

Только вот впервые, пожалуй, Герман стал задумываться о том, как же коротка жизнь, как быстро она проскакивает. Можно сказать, что годы летят как облака в ветренный день в горах. Если раньше он, ориентируясь на окружавших его долгожителей, говорил «всего лишь семьдесят» или «всего лишь восемьдесят», то теперь стал проявлять склонность к формулировкам «уже семьдесят», «уже восемьдесят»…

Герман часто вспоминал себя мальчишкой во время войны. Это ведь, представлялось ему, было совсем недавно. Он ясно помнит то время. Все мужчины  селения ушли на фронт. Рабочие руки тогда были нарасхват. Герману и его младшему брату Ибрагиму поручили пасти овец.

Над пастбищем и селением часто пролетали самолёты. Долгое время небо перечёркивали лишь зловещие знаки — чёрные кресты с белой обводкой. Поэтому уныло — подавленное настроение царило среди жителей селения. Но пришло время, когда над головами вместо мрачных машин люфтваффе стали появляться юркие ястребки с красными звёздами. И один такой ястребок осой наскочил и ужалил мессера и тот скрылся за горами в дыму и пламени. Дождались! В тот день Герман не находил себе места от распиравшей его радости. Ребятишки помладше гоняли по улочкам, широко раскинув руки и издавая звуки, похожие на натужный рёв авиационных моторов.  А взрослые снова стали улыбаться.  С той поры всё чаще можно было услышать радостные крики «наши летят».

После войны стоило услышать только гул летательного аппарата как возглас «наши летят» напоминал то недавнее время, а произнесший  его со снисходительной улыбкой демонстрировал, что он не лишён чувства юмора.

После того воздушного боя Герман твёрдо решил, что будет летчиком.

Вскоре после войны настало время идти в армию, о чём Герману сообщалось в повестке. Он отправился в Орджоникидзе, где военкому доказывал, что жители селения воспрянули духом и выстояли в войну во – многом потому, что их поддерживала, кроме солдатских треугольников, наша авиация. А точнее, благодаря тому юркому ястребку. Поэтому он, Герман, пойдёт только в лётчики. Военком сам был из их селения и, может быть, поэтому сопротивлялся не долго.

Сначала он говорил:

— Сейчас мы работаем под девизом, который выдвинул ещё  Лермонтов. Помнишь в «Герое нашего времени» — «Осетин-извозчик неутомимо погонял лошадей»? Так вот сейчас нужны лишь извозчики — водители автомашин и водители танков. В общем так, если медкомиссия признает тебя годным к лётному делу, то чёрт с тобой – учись на летуна. Если нет – пойдёшь в танкисты.

Вскоре Герман вернулся домой в очках – комиссия забраковала его по зрению и посчитала, что армии он не нужен. Так стал он единственным очкариком в округе. Односельчане первые дни интересовались у Германа:

— А форму тебе почему не дали?

Очки, они понимали, ему выдали как непременный атрибут лётчика.

Герман тяжело перенёс выбраковку его из лётчиков, но вида, как настоящий горец, не подавал. После учёбы на краткосрочных курсах он стал работать киномехаником. В клубе, после демонстрации фильмов о лётчиках, а эти ленты он чаще всего брал в прокате, в груди его всегда появлялось какое – то непонятное чувство. Что – то томило его и мешало. Потом чувство это проявлялось и нарастало сожаление, что не стал он пилотом.

Хотя удар по своей мечте о полётах Герман перенёс стойко, его стремление в ввысь не ушло, не исчезло. Его мысли о лётчиках переросли в любовь к небу, к высоте. И стала проявляться эта тихая любовь в самых, порой неожиданных, вещах и поступках.

Всегда с восхищением смотрел Герман на пролетающие самолёты. Вообще он часто смотрел на небо, на облака, на звёзды. Его всегда привлекало смотреть над собой. И его взгляд неудержимо тянуло вверх, как мало кого другого.

Бывая в городе, куда Герман ездил за кинолентами, он покупал и раздавал ребятишкам в селении надувные шарики.

Однажды он набрёл в магазине на конструктор воздушного змея. Склеил и  запустил его. Делал он это, сидя на косогоре, где ветер рвал из рук склеенное им чудо, и надо было только успевать отматывать нить. Высоко – высоко в небе, куда поднялось его изделие, змей выписывал  сложные узоры. Ребятишки, да и взрослые, с восхищением смотрели на фигуры, которые выполнял воздушный змей.

Жить в горах тяжело. Облегчают эту участь лишь совместные работы. Это касается всего – строительства, косьбы, сева, уборки урожая…Для постройки кому – либо из сельчан нового дома сначала заготавливали саманные кирпичи из глины, соломенной сечки и камней. У Германа была самая крупная форма для заготовки саманных блоков. Когда саманные кирпичи высыхали из них складывали дом.

Возведение стен всегда отмечалось за накрытым столом. Герман заметил, что выпивали только за выполненные работы, за сделанное: за глухую стену; за южную стенку; за порог дома…Он же считал, что главное – это будущая крыша, возведение которой венчает всё. И со временем тост за неё, за крышу, стал его и только его обязательным тостом. Все это знали, да и трудно было не знать очевидное, и никто не перехватывал это его заслуженное многими застольями право.

В конце пятидесятых годов было поветрие — покорить Казбек самым неожиданным способом. Это делалось пешком в одиночку и массовыми колоннами. На мотоцикле. Или на воздушном шаре.

Вот подъём на Казбек на воздушном шаре привлёк внимание Германа. Он как человек, подмечавший, многое на высоте, в горах, говорил пилотам шара, что роза ветров в это время года такова, что на Казбек они никак не попадут – ветер отнесёт шар в другую сторону.  Попасть отсюда можно лишь через месяц. Так и случилось. Не попали тогда воздухоплаватели на Казбек, а через месяц – очень легко..

В 1961 семнадцать оборотов вокруг Земли на Востоке-2 совершил Герман Титов.

Тоже Герман. Тоже горец — алтаец. Гордость распирала нашего Германа. Он чувствовал себя причастным к этому великому событию. Как – никак тёзка!

 Как — то в руки Германа попал спичечный коробок. Не такой как выпускают сейчас картонный, а изготовленный из шпона коробок. Вот на таком коробке был изображён Герман Титов с надписью «Космонавт – 2 Герман Титов». Рисунок был сделан так плохо, так не качественно, что любой мог отметить, что изображённый с космонавтом не имел ничего общего, но зато на нашего Тыкву он был похож один в один.

Не мог Герман показывать рисунок каждому – нет. Но и не заметить того события, что в космосе оказался Герман, он не мог. Надо было что – то сделать, что – то предпринять. Хотя бы тайно! Он и сделал маленький кувд, маленький пир. Он устроил его для себя и своего великого тёзки, но об этом не знал никто. Как раз в том августе у Германа был день рождения. Он давно не отмечал эти дни, они не радовали его, но этот день в тот год решил отметить.

После возлияний началась бурная лезгинка. И Герман придумал такую фигуру танца. Он ладонью касался земли, а потом с поднятой рукой взмывал так высоко, как только мог. Этот нехитрый трюк Герман показывал после этого дня в танцах всегда, когда танцевал. И его выхода всегда ждали. И любовались им. И даже дали ему название «танцевать по германовски». И молодёжь подражала Герману, показывала этот танцевальный финт.

Вскоре Герман женился. Когда жена Германа была беременна, он очень ждал сына и  говорил соседям и родне, что, наконец – то, в селе будет лётчик, а может и космонавт.

Но родились две дочери – близняшки, которых Герман назвал созвучно времени Планетой и Ракетой.

С тех пор прошли годы. Сейчас Германа уже нет, он умер. Но имя его живёт не только среди родни. Молодые ребята до сих пор танцуют лезгинку «по германовски». А в лётчики из жителей селения так никто и не вышел.

Валерий Бохов

(Visited 2 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *