Хозяин большого хлама

В маленьком пыльном городе, на узенькой улочке примостился неказистый пятиэтажный дом. Те, кто в нем жили, были под стать своему дому — все как один угловатые, низенькие, на первый взгляд ничем не примечательные, но очень добрые и веселые. Все они любили бывать на свежем воздухе, а потому оборудовали возле своего дома благоухающие цветочные клумбы, небольшую детскую площадку, установили пару деревянных лавочек, покрытых лаком. Доброй традицией стали и еженедельные тщательные уборки, где с удовольствием присутствуют все, даже самые маленькие жильцы. Все, кроме одного…

Этого человека, живущего на пятом этаже, никто никогда отродясь в глаза не видал. Лишь его сосед по лестничной клетке, одинокий старичок Федор Иванович, обладатель шикарной пышной седой бороды, в которой, по словам его покойной жены Авдотьи Никитичны (Царствие ей Небесное), в свое время запутались три расчески, производства советской фирмы «Расчесон», когда надевал слуховой аппарат, слышал приглушенный кашель таинственного соседа.

Если бы у Федора Ивановича, которого жильцы называли просто Иванычем, возникла мысль заглянуть к соседу «на огонек» и посмотреть в его паспорт, он бы узнал, что этого странного человека зовут вполне обыкновенным именем Борис, и что он родился в городе-курорте Кисловодске. С математикой у меня плохо, поэтому будем считать, что Борису было около 30 лет. Его яркая жизнь моряка была полна захватывающих приключений как на море, так и на суше, а последнее так его захватило, что он решил: «Хватит, Боря! Пора завязывать с этим!» и, накрывшись пушистым пледом, лег на старенький продавленный диван, впрочем, тогда он был совсем новеньким, от него даже пахло мебельным магазином и свежей деревянной стружкой. Наверняка мой читатель захочет узнать, что же случилось сверхъестественного, от чего качественный диван испортился, а Борис навсегда замкнулся в себе?  Над этим возможно бились бы лучшие умы человечества, искали ответ великие ученые, прославленные деятели науки, но, увы, проблема Бориса до сих пор не сдвинута с мертвой точки. Сколько бы ни стучал к нему в двери — он не открывал их,  а лишь угрюмо лежал на скрипучем диване, смачно вкушая картофельные чипсы, бросая упаковки от них прямо на грязный немытый пол возле себя, привлекая полчища нахальных тараканов. Он вставал только тогда,  когда неприятный запах сгнившего мусора достигал соседей и  они начинали оглушительно трезвонить в дверь  и громко кричать, Борис с недовольным мычанием нехотя стаскивал свое жирное обрюзгшее тело с лежбища, сгребал в охапку накопившийся мусор и выбрасывал его в вечно распахнутое немытое окно. Несказанно «обрадованные» жильцы тут же бросались под окна, оперативно собирали мусор и быстренько уносили его прочь, подальше от своего чистенького, ухоженного двора, как говорится «с глаз долой, из сердца вон». Но с каждым годом аппетит Бориса увеличивался, и несчастным людям было все сложнее наводить порядок под окнами.  В конце концов, на смену старикам пришли их дети, потом их внуки, которым было наплевать на порядок. И вскоре под окнами Бориса возникла настоящая мусорная свалка. Но лежебока не сразу заметил ее появление. Лишь осенью, когда пришел очередной антициклон и с Атлантики подул прохладный ветер, от которого на коже появляются пупырышки, в комнату к Борису внезапно залетел вихрь из оберток и фантиков. Удивленный хозяин сердито замахал левым мизинцем, но встать не смог. Пришлось ему перевернуться на другой бок, таким образом, избавив себя от удовольствия созерцать беспорядок.

Пока жильцы отрывали листочки с настенного календаря, а Борис помахивал мизинцем, рукотворная гора постепенно переселилась в квартиру к своему создателю. Тут – то забеспокоился беспокойный Иваныч, запрыгал, как кузнечик по инстанциям и добился, чтобы мусор с помощью специального пылесоса (до чего техника дошла, а!) выдули из соседской квартиры и вернули на законное место под окнами. Так как балкон Федора Ивановича выходил на противоположную сторону дома, то свалка под окнами ему ничуть не мешала. Тут возмутились те, кому повезло меньше, чем Ивановичу, и чьи балконы выходили на новоявленную гору. Они вдвое быстрее старичка забегали по инстанциям по принципу «одна нога здесь, другая там». В конечном итоге компромисс был найден: дом развернули, и дурно пахнущим отходам, ежедневно собирающим вокруг себя мух и прочих носителей инфекций, стало попросту не для кого пахнуть. Все жители повернулись к ним спиной, по примеру Бориса. Гора постоянно прописалась в этом дворе.

А что же виновник творившегося безобразия? Он тихо умер на своем диване, который печально скрипнул, провожая хозяина в последний путь. О том, что с Борисом случилось несчастье, быстрее всех узнал лишь вездесущий Федор Иванович, который услышал тошнотворный запах, доносившийся из соседской квартиры.

Откуда мне все это известно? — спросите вы. Что ж я охотно вам отвечу. После смерти Бориса, его квартиру выставили на продажу за сущие копейки. Я повелась на дешевизну и по глупости купила ее. Недавно убираясь в дальней комнате, я наткнулась на выцветшую обертку из-под чипсов. Выбрасывая свою находку в распахнутое окно, я уронила ее на голову  Федору Ивановичу. Он-то мне все и поведал со всеми подробностями.

Юлия Зубцова

(Visited 7 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *